Приключения Алисы. Часть 1.

Глава 1. Переезд

— Вот это теперь наш новый дом, — сказал запыхавшийся отец, ставя на пол оба чемодана, — По крайней мере на ближайшие два-три года.

— Ух ты, — ответила ему мама, также задыхаясь от долгой пешей прогулки с большими сумками от автобуса, — Ничего себе какой большой!

— Вот это да! — прокричала я, слушая в ответ своё эхо, — У-у… А-а

— Мне кажется, что нам здесь будет очень даже хорошо, — сказал папа — Алиске тут точно нравится.

Я бегала по комнатам, даже не разуваясь. Да, здесь точно было классно — большие просторные комнаты, высокие потолки, мебели совсем мало, но это было совсем не плохо.

— А это что за лестница? — спросила я, остановившись возле красивой лакированной лестницы, ведущей вверх.

— Просто лестница, ведущая на второй этаж дома, — ответила мама, ковыряясь в сумке, выискивая мне домашнюю одежду.

— Ничего себе! — воскликнула я — У нас что, есть второй этаж? А зачем?

— Что значит зачем? — не понял отец — Там тоже комнаты, в основном спальни. Беги выбери себе ту, которая больше понравится.

Да, от длительного переезда в чужую страну и так много впечатлений и переживаний. А ещё усталость от долгой дороги. Но во мне, как и в любом ребёнке было полно этой самой энергии. Я просто пулей вбежала по крутым ступеням, обежав все четыре комнаты. Они были одинаковые: в них стояла кровать и один большой гардероб, кроме одной, в которой стояла огромная двухспальная кровать.

— Я выбираю вот эту! — кричала от радости я, когда папа поднялся на второй этаж, — Мне эта нравится.

— Хорошо, — ответил он, занося чемодан в комнату с большой кроватью, — А нам вот эта.

Я долго бегала по всему дому, шлёпая босыми ногами по полам. Конечно, шестилетней девочке всё кажется волшебным и сказочным, но в тот день впечатлений было хоть отбавляй.

Мой папа получил работу во Франции. Он работал в каком-то министерстве СССР, а получить такое назначение было очень престижно, учитывая «железный занавес». Я не знала название того города, куда мы приехали, но он точно был на юге Франции, совсем рядом с морем. Мы летели на самолёте, потом нас встретил автобус, который довёз нас до того населённого пункта, где нам предстояло жить. Однако этот транспорт не смог подъехать близко к дому, поэтому нам пришлось тащить тяжеленные чемоданы и сумки до здания.

Вскоре энергия резко покинула моё тело, от чего сильно захотелось спать. Мама и папа сели отдохнуть на диване в огромной гостинной, при этом перебирая наши вещи. Я бегала вокруг, но потом залезла к папе на руки и уснула. Мне нравилось быть в его объятиях. Да, мамы любят детей больше, чем отцы. Но отцы больше любят своих дочерей, они с ними нежнее, чем даже с жёнами. Поэтому убаюкивая меня, папа очень нежно поглаживал мою спинку и попку. Я от этого просто таяла.

Сколько именно я проспала и что мне снилось, я не помню. Но переживаний за тот день и так было уже много. Только помню, что достаточно резко проснулась, пытаясь понять. где я сейчас и что вокруг происходит. Наш переезд в другую страну оказался не сном, что порадовало. Родители в это время уже переставляли имеющуюся мебель в гостинной по своему усмотрению.

Я немного полежала, потянулась, посмотрела на какие-то странные перемещения мебели по комнате, которым командовала мама, потом хриплым ото сна голосом сказала:

— Мам, а тут вроде море совсем недалеко.

— Алиска, — ответила она — Я знаю, к чему ты ведёшь, но нет. Сегодня мы точно на пляж не пойдём. Мы только с дороги, сильно устали, нам ещё много вещей разобрать надо.

— Ну мамочка, ну пожалуйстааааааа, — ныла я — Я ведь ещё никогда моря не видела.

Я пару минут пыталась уговорить мать на поход к воде, а потом переключилась на папу, так как знала, что он мне не откажет. Так, для вида минуту поотнекивается, а потом сдастся. Так и получилось. Поэтому я опять стала уговаривать маму, к чему подключился и отец.

— Светуля, — сказал он, подходя к ней очень близко и обнимая за талию, — Мы за сегодня точно всё не разберём, поэтому надо сходить на море и отдохнуть там.

— Да, да, да, — радостно говорила я, прыгая вокруг родителей, — Надо отдохнуть и на море посмотреть.

— Вот именно, — продолжил он — Алисонька первый раз приехала к морю, представь только уровень её любопытства.

— Ну ладно, — сдалась мама, растаяв в руках папы, — Уговорили.

— Ураааааааа! — закричала я, ещё выше прыгая вокруг них.

— Только у нас нет продуктов, — продолжила мать — Надо по дороге зайти в продуктовый, купить чего-нибудь на пляж. А то я знаю вас, оглоедов, на свежем воздухе едите прям за четверых.

— Да, мы такие, — сказал папа, отпустив маму, подхватив меня на руки и закинув на плечо, — Мы любим покушать на природе! А теперь иди и найди свои купальные трусики, а я пойду искать полотенца.

Он отпустил меня на пол, а я просто молнией забежала наверх в свою новую комнату. Кинулась к сумке с вещами и стала её перерывать. Достав из сумки трое трусов, я быстро разделась, чтобы переодеться сразу на пляж. Однако я не смогла решить, какие именно надеть, поэтому пошла спросить совета у мамы.

Я, в чём мать родила, прошлёпала на первый этаж, держа в руках двое трусиков, чтобы с ней же проконсультироваться. Она в это время пылась в сумках, пытаясь что-то найти.

— Мам, — говорю я — Какие мне надеть трусики? Они мне все нравятся.

— Не знаю, — ответила она, поглядев на то, что я держала в руках, — Наверно лучше вон те с цветочками.

— О, мой любимый голопопик! — радостно проговорил папа, подхватывая меня на руки.

— Ааааа, нет, не надо, — заливаясь от смеха, прокричала я, так как папа уже вовсю целовал мой животик, при этом иногда выдувая воздух.

Он положил меня на диван и продолжил «издеваться», расцеловывая моё крошечное тельце. Потом перевернул на живот и продолжил щекотать своими губами мою спинку и попку. Я дико хохотала, пытаясь вырваться из его сильных и нежных рук, однако не получалось.

— Димка! — крикнула мама — Хватит уже. Отпусти Алису, она уже заикается от смеха.

— Ну ладно, — проворчал он, отпуская меня, — А я полотенца нашёл! Так что уже почти всё готово. Я вот только свои плавки найти не могу.

— Посмотри в коричневой сумке, — сказала мать — Они должны быть там. О, а вот и мой купальник.

Она достала раздельный купальник коричневого цвета. Я лежала на диване и, сильно дыша, пыталась прийти в себя. При этом смотрела на свою маму. Она в это время сняла с себя всю одежду и надевала верх от купальника. Какая же у меня красивая мама! Высокая, стройная, немного вьющиеся длинные чёрные волосы, большая грудь, которая тяжело помещалась в купальник.

— О, ещё один голопопик! — опять радостно заговорил отец, вошедший в комнату.

— Меня не щекотать! — крикнула, улыбаясь, мама.

Но было ужен поздно. Папа быстро подскочил к ней, подхватил на руки и также целовал, как и меня. Мама тоже заливалась от смеха, пытаясь высвободиться из объятий мужа. У неё это не получалось, так как она не сильно-то и хотела. Ей тоже нравилось так с ним играть. Я улыбалась, глядя на них, но при этом чувствовала что-то странное в это время, какое-то грызущее чувство. Да, это была ревность. Пусть и детская, пусть и совсем слабая, но ревность. Я не знала, как это называется, но испытывала, мне даже самой не нравилось ощущать такое.

— Ну всё, хватит! — сказала, хохоча, мама — А то не успеем на пляж. Вечер уже скоро.

— Да, точно, — сказал отец, отпуская её, — Надо поспешить.

Я одела свои трусики и пошла в комнату. Там я положила лишнее обратно в сумку и одела сверху лёгкое платьице. Был конец августа. В Москве погода уже испортилась, лили дожди почти каждый день, ночи были холодные, поэтому уже давно мы не ходили на пляж. А тут ещё и настоящее море! У меня прямо дух перехватывало от таких мыслей. Ведь здесь за окном стояла настоящая жара, поэтому на пляж можно хоть на целый день идти.

Я спустилась вниз. Родители уже тоже переоделись и готовы были идти. Мы взяли с собой полотенца и покрывала, а также сухую одежду, в которой пойдём обратно.

Выйдя на улицу, папа на своём ломанном французском пытался спросить у людей дорогу до ближайших продуктового магазина и пляжа. Как выяснилось позже, отец плохо знал французский, да и ещё не понимал местного диалекта. А назначение сюда получил по большому блату.

Короче, до магазина мы дошли без проблем. Да, они сильно отличались от тех, что я видела дома, особенно разнообразием товаров. Купили там полную большую сумку разных съестных товаров и пошли на пляж. А вот до него дойти было труднее всего. Прохожие часто указывали разные направления, что-то говорили на своём тарабарском языке, а мы не понимали их. Кое-как добрались до высокого пригорка, с которого виднелось море, поэтому пошли в направлении воды и шума волн.

Я почти всю дорогу шла вприпрыжку, так как предчувствовала много радостных моментов. Наконец мы добрели до входа на пляж. Там стояли два жандарма, которые пропустили нас, что-то сказав родителям. Мы пошли вглубь.

— Что они сказали? — спросила мама, которая тоже ни бум-бум была в французском языке.

— Я не понял, — ответил отец — Что-то вроде «Добро пожаловать» и вроде что-то про одежду.

— Может интересовались, не забыли ли мы купальники? — предположила мама.

— Может быть… — не договорил свою мысль отец, застыв на месте.

Я тоже замерла. Передо мной распростёрлось море. Как же это было красиво. Вода, отражающая голубизну неба, большими красивыми волнами набегала на берег, оставляя за собой влажный след на песке, и убегала обратно. И так раз за разом. Солнце отражалось от воды, немного слепя глаза, так как было уже не очень высоко. Также в нос ударил сильный морской солёный запах, который я не забуду никогда, так как ощутила его впервые в жизни.

Я огромными круглыми глазищами смотрела на море, не замечая ничего вокруг. А вот родители застыли совсем от другого. На пляже все люди были полностью без одежды! Абсолютно все! Ну прямо совсем все и без какой-либо одежды или купальника!

Оказалось, что это был нудистский пляж! Конечно, никто из нас даже и не слышал о таком образе жизни. Да и для советского человека это было несколько дико.

Я, совсем ничего не видя вокруг себя, потянула родителей за руки внутрь пляжа. Они не охотно поддались, видать из-за шока, который испытывали в тот момент.

— Вот тут можем расстелить! — почти кричала я от радости, смотря на море.

— Алисонька, — тихо проговорила мама, наклонившись ко мне, — Тут все люди голые.

— Да? — огляделась я — Ну и ладно.

Я быстрыми движениями сняла с себя своё платьице, так и таращась на море, а потом и свои трусики.

— Алиса, ты чего делаешь? — прошептала мама.

— Ну тут же все без одежды? — отчеканила я — Вот и я такая же.

И побежала к воде. Мне было абсолютно всё равно, кто вокруг меня, была ли на них одежда, как они выглядели и так далее. Я хотела поиграть с волнами. Песок под ногами был очень мелким и мягким, очень тёплым от солнца. Чем ближе я подходила к волнам, тем мокрее он становился.

Я не знала и не видела, что в это время сейчас делают родители. Но точно знала, что они сейчас меня не смогут увести отсюда ни под какими предлогами или даже силой. Ведь сейчас исполнялась моя мечта.

— Что нам делать? — шептала мама — Это какое-то безумие. Почему они все голые?

— Я не знаю, — также шёпотом ответил отец — Наверно у них так принято. Может в этой стране все отдыхают… ну в таком вот виде.

Они расстелили покрывало, сняли с себя верхнюю одежду и присели, с диким взглядом осматривая всех вокруг себя. Как оказалось, к ним подошёл один из охранников пляжа, сказав, что тут можно отдыхать только нудистам, иначе нас могли попросить уйти.

— Мы не можем раздеться! — шептала мама.

— Мы должны… — шептал отец — Ради Алиски мы должны это сделать. Посмотри на неё. Я не видел ещё никогда её такой. Мы не можем сейчас уйти отсюда, её это просто убьёт. Поэтому…

С этими словами он встал и резким движением стянул с себя плавки, положив их в сумку.

— Дима! Ты чего? — чуть не подавилась мама, увидев мужа голого при свете дня в общественном месте.

— Светочка, — сказал он, усаживаясь на покрывало так, чтобы спрятать своё хозяйство между ног, — Ты знаешь, что я люблю тебя и обожаю твоё тело. А теперь посмотри вокруг, здесь все голые, и никто не смущается. Поэтому раздевайся, не будем портить ребёнку этот день.

— Я… ну… — промямлила мама — Я…

— Давай я тебе помогу, — сказал он, подсаживаясь поближе, — Давай я помогу тебе снять верх. а ты закроешься своими роскошными волосами.

Так и сделали. Чуть позже мама избавилась и от низа купальника, сев на покрывало, подогнув свои ноги в сторону, чтобы скрыть от всех свои гениталии.  Они так и сидели, вроде и голые, но такие скованные и закрытые.

А я летала почти по всему пляжу. Сначала слева направо вдоль линии волн, потом обратно. Потом наперегонки с волнами. Потом немного побарахталась в них. Я была послушной девочкой, поэтому одна я не могла зайти глубоко, так как мне запретили. Максимум по колено. Поэтому я пошла за одним из родителей, чтобы зайти нормально в воду, которая казалось просто парным молоком.

Конечно, никто из них не смог пересилить себя, чтобы встать и дойти до воды. Да и ещё они стали говорить, что нужно уходить с этого пляжа. Мне удалось уговорить их остаться, так как я просто была вне себя от того, что сейчас происходило. Поэтому побежала обратно. Возле воды было много детей. Конечно, все были голенькими. Да и ещё разговаривали только по-французски. Детям проще найти общий язык. Я практически жестами познакомилась с компанией 4 ребят примерно моего возраста, с которыми мы играли до самого вечера, ковыряясь в песке. У них были и лопатки, и формочки, с которыми мы много чего делали. Откапали большую яму. Потом закапывали и откапывали друг друга. Бегали по берегу, возле самой воды, играя в салочки.

Я совсем не знала, сколько прошло времени, а опомнилась только тогда, когда последнего моего нового друга не забрали родители. Солнце уже было почти у самого горизонта. Я подбежала к родителям.

— Алисонька, — сказала мама — Пора идти домой.

— Погоди, — сказал отец, протягивая мне огромную стопку бутербродов, — Пусть поест и пойдём.

Я только сейчас поняла, что голодна так, что готова была съесть целого слона. Я просто накинулась на еду, глотая почти целиком куски батона и колбасы.

— Боже, доченька, не торопись ты так, — рассмеялась мама — Никто у тебя еду не забирает.

— А я же говорил, — сказал папа — Что она будет голодная, как волк.

— Шкорее, как штадо волков, — проговорила я с набитым ртом.

— А ты доедай, и пойдём, — обратился он ко мне — А то уже темно становиться.

Тут я решила оглядеться. Было чертовски красиво. Красное солнце освещало пляж по-другому, не так, как раньше. Людей было уже не так много, но они оказались все голые! До меня только сейчас дошло! Вокруг все были голыми! И родители тоже! Правда они старались скрывать свои интимные места, в отличии от всех остальных.

Совсем недалеко от нас стоял мужчина. Довольно старый, на мой взгляд, может лет 30-40. Живот был больше, чем у папы, а вот ниже болталась какая-то тёмная колбаска. Я видела голых мальчиков в садике, а вот мужчину ещё никогда. У мальчишек там были какие-то маленькие бледненькие морковочки, а тут прямо колбаса какая-то. На кровянку похоже! Я даже заулыбалась от такой мысли. Да и кусты скрывали часть. Тоже странно выглядело, так как у мальчишек там всё гладко.

А тут мимо прошёл ещё какой-то мужчина. Я чуть не подавилась куском, увидев тот «хобот». Ничего себе! Что это за штуковина у него болтается почти до колена? Кошмар какой-то, выглядело прям жутко.

Я справилась почти с целой булкой хлеба с колбасой. Родители, отворачиваясь от всех, оделись и стали складывать покрывало.

— Алиска, — сказала мама — А ты чего не одеваешься?

— Не хочу, — спокойно ответила я — Мне и так хорошо.

— Доча, — сказал папа — Одевайся быстрее, пойдём домой. В городе нельзя ходить голенькой.

Я, немного ворча, одела свои трусики, платьице и сандалики, и мы отправились обратно.

Конечно, с первого раза дорогу из нас никто не запомнил. Поэтому опять пришлось спрашивать дорогу у прохожих. Я, естественно, сильно устала, отчего отцу пришлось нести меня на своих руках. Мне всегда было очень спокойно, когда он меня нёс. Он очень нежно, но крепко держал меня, а мне было так спокойно и беззаботно, что сон подкрадывался постоянно. А в тот вечер меня просто вырубило на руках папы. Не знаю, как он смог меня донести, но проснулась я уже от того, что папа меня раздевал дома.

— Алисонька, — нежно проговорил он — Пойдём в ванну, смоем с тебя соль, и будешь спать.

Он отнёс меня в ванну, опять же держа на руках тщательно вымыл под струями горячего душа, а потом, завёрнутую в полотенце донёс до кровати. Я ужасно сонная, почти на автомате, подставляла свои ручки и ножки, чтобы надеть пижаму, а потом плюхнулась на подушку и отрубилась.

— Заснула? — спросила мама, когда отец зашёл в их комнату.

— Ещё бы! — ответил он, садясь на кровать, — Она почти не просыпалась, можно сказать, что я мыл её спящую. Завтра будет дрыхнуть до вечера.

— Надеюсь, — пробубнела мама, ложась и накрываясь покрывалом, — А то я просто валюсь с ног. Так что сегодня даже и не думай ничего начинать.

— То есть ты хочешь сказать, что не хочешь совершить то самое в таком романтичном месте? — подползая к ней, шептал папа — Я тебе не верю…

— Ну ты и нахал… — шепнула мама в ответ, тая от поцелуев в шейку, — Ладно, только быстро…

Продолжение следует.